конспекты по боевой подготовке
|
|
|
Борьба с пожарами в Московской Руси и начало формирования противопожарной службы.
1. Складывание исторических предпосылок к формированию государственной пожарной охраны в России.
Введение.
Пожары на Руси были издавна одним из самых тяжких бедствии. В летописях они упоминаются и как одно из мощных орудий борьбы с врагами. По несколько раз выгорали города Юрьев, Владимир, Суздаль, Новгород. В 1194 г. отмечены огромные пожары в Ладоге и Руссе. Так было не только на Руси. В течение первого периода средних веков на значительной части Европы из-за постоянных войн полыхали пожары. Их быстрому распространению способствовало и то обстоятельство, что при строительстве домов применялись легкосгораемые материалы: древесина, солома, камыш. К тому же строились они очень тесно. Свидетельства летописцев, труды историков рассказывают о многих опустошительных пожарах в Москве. Город сгорел полностью в 1233 г., когда на Руси свирепствовали орды хана Батыя.
Много опасностей таил огонь при его использовании в и мирное время. Печей тогда не было, огонь разводили в яме прямо в доме, причем, дым выходил наружу через отверстие, сделанное в соломенной крыше. При пожаре никто не принимал мер по его тушению - спасали только детей, имущество. Огонь распространялся от дома к дому и прекращался только тогда, когда все вокруг выгорало. При таких пожарах жители уцелевших домов предпочитали оставлять их на произвол судьбы и селиться за городом под открытым небом. В Москве, например, пожары были настолько привычным явлением, что жители относились к ним спокойно. Вплоть до XV в. пожар считался большим, если огнем уничтожалось несколько тысяч дворов. Если сгорало 100 - 200 домов, то о таком пожаре не говорили. Легкость возведения построек, наличие древесины позволяли быстро восстанавливать сгоревшее жилье, но это же из-за тесной постройки способствовало новым опустошениям при загорании.
Развитие крупных городов привело к увеличению их населения, строительству новых зданий. Увеличились и масштабы пожаров. В 1212 г. огонь уничтожил в Новгороде 4300 дворов из 50Ъ0. Москва не была исключением. Пожар 1356 г. за 2 часа уничтожил практически всю Москву, включая Кремль и посады. Крупные пожары оставили след в истории многих городов. Город Вормс (Германия) выгорел в 1221 г. от пожара, вспыхнувшего в жилом доме. В 1376 и 1380 гг. полностью сгорели города Кельн — на — Шпрее и Берлин, Страсбург в XIV в. горел восемь раз. Неоднократно горел город Любек.
Низкий уровень общественной организации и технической культуры оказывали негативное влияние на катастрофические последствия возни¬кающих пожаров. Феодальное общество, основанное на глубоких социально-экономических противоречиях, оказалось полностью неспособным к борьбе с пожарами. Степень общественной организованности была в эту эпоху существенно ниже, чем во времена господства Римской империи. Не было единой социальной или государственной структуры, которая могла бы противостоять огню. Поэтому по мере развития и укрепления государственности предпринимались попытки изменить сложившееся положение. Результатом явилось принятие многочисленных противопожарных правил, которыми государственные структуры хотели оказать влияние на обстановку с пожарами, соблюдение населением мер предосторожности обращения с огнем. В частности, стала вводиться ответственность за поджоги, небрежное . обращение с огнем. Вышедший в XI в. сборник законов известный под названием «Русская правда» устанавливал, что поджигатель и члены его семьи за содеянное обращались в рабство, а их имущество шло в казну.
1. Начало борьбы с огнем на Руси
В начале развития древнерусской культуры, сильнейшим двигателем которой являлся огонь, он создал большую опасность человеку. Поняв это, люди начали строить свои первые поселения на Великой русской равнине вблизи рек и озер. Они уже знали непримиримость воды и огня, научились заливать небольшие загорания, а от разгулявшейся огненной стихии всегда могли спастись в воде.
При строительстве сел и деревень стали предприниматься предохранительные меры от опустошительного огня. При раскопках древнерусского поселения ученые восстановили архитектурный облик жилища того времени. Это была деревянная каркасного типа полуземлянка, обмазанная глиной. В центре - яма в глинобитном полу, для разведения очага, в крыше, вероятно соломенной, отверстие для отвода дыма. В жилище-землянке более раннего периода, раскопанном археологами в 1999 г. в 42-х км от Москвы, на берегу озера вблизи р. Клязьмы, очаг располагался на полу без заглубления около сгораемых столбов, на которых крепилась крыша. Два столба, находившиеся в непосредственной близости от очага, имеют следы обугливания. Следовательно, они загорались, но были залиты водой.
Обмазывание глиной деревянных конструкций, кроме утепления, являлось и мерой защиты их от возгорания. Проходили столетия, росли поселения, появились города, где повсюду была обильная пища для огня. Древнерусские умельцы северо-восточной части Руси одним топором создавали из дерева языческие храмы, избы и крепости, не используя ни камня, ни гвоздя. Но многим этим творениям русского зодчества не суждено было прожить и десятилетий! Жадные языки обжигающего пламени не щадили ни простой избы, ни изумительного резного храма, совершая время от времени настоящие опустошения.
Еще до появления письменности ужас, горе и боль огненного опустошения породили немало образов в былинах, песнях, сказках. В это время превалирующими в «Руси Днепровской, городовой, торговой» являлись предупредительные меры, хотя нередко и примитивные.
Особое внимание придавалось осторожному обращению с огнем. Исследователи древнерусского быта отмечают существовавший среди восточных славян запрет, согласно которому нельзя давать соседям или иным посторонним людям угольки из своего очага после захода солнца. Ночное время наиболее опасно для человека, ночью обитатели дома более всего нуждаются в защите.
Отдавая чужому человеку, после наступления темноты, даже небольшой уголек, человек вместе с этим как бы отдавал и частицу защиты, ставил себя в более опасное положение. Очаги в наземных постройках заключали в печи-каменки, где выходное отверстия для дыма делалось уже не в потолке и крыше, как это было в землянке и полуземлянках от открытых очагов, а всегда в стене, к которой примыкает каменная печка, или же в одной из боковых стен, над входом в здание. Это, несомненно, предопределялось защитной мерой от возгорания: стена более массивная чем потолочные и крышевые конструкции, и не сразу поддавались вылетающим из печи вместе с дымом искр, а если это и случалось, то возгорание стены легче было обнаружить и своевременно принять меры к предотвращению несчастья.
Хотя жилища и хозяйственные постройки первоначально и располагались хаотично, но при этом, между дворами было довольно значительное расстояние. О таких поселениях впоследствии писали: «Дворы врозни». Законодательной силы предупреждение огненных бедствий тогда еще не имело: были крепки древние юридические обычаи, которыми руководствовались в судебной практике князь и его судьи. При этом даже умышленное уничтожение огнем отдельных поселений для них имело значение простого повреждения имущества, и наказание за него имело целью только удовлетворить потерпевшего.
Традицией было поддержание порядка в своем доме-княжестве, доме-государстве собственными силами и всем миром. Борьбу с огнем ведет население в порядке взаимопомощи при несчастье, а затем и в порядке «натуральной повинности». В городах и селениях устанавливается ночная караульная служба. Для экстренной подачи сигналов о надвигающемся огненном бедствии караульщики имели деревянные или металлические доски — била. При первом треножном звуке жители должны были со своим хозяйственным инвентарем бежать к месту по¬стигшего их несчастья, и кто мог, тушили огонь (водой, землей, песком), разбирали горящие здания и соседние с ним строения. В городах и городках, где поселялся князь, на помощь жителям прибывал и он со своей дружиной. Князь или его наместники руководили всеми действиями по укрощению огня. По мере развития и укрепления государственных образований, рос и развивался их общественный строй, сопровождавшийся процессом социального расслоения и размежевания. Этот оправданный природой и объективной потребностью процесс осложнялся и на протяжении веков усиливался ростом антагонистических противоречий.
В этих условиях поддержание внутреннего порядка в государстве стало все больше приобретать общественный характер, форму общественных отношений, потребовавших определенной правовой регламентации, в том числе и в области борьбы с пожарами. Не случайно, почти одновременно с государством, буквально на его плечах, стало расти и развиваться праве, возникла определенная система правоотношений. Теперь понятие «общественного порядка» получило правовое оформление и правовую регламентацию, источником которого на первой стадии являлись обычаи, традиции, ритуальные обряды.
Как только появились первые государственные образования, то есть совместное проживание на относительно ограниченной территории большого количества населения, так одновременно возникла потребность поддержания элементарного внутреннего порядка. Он был необходимым не только в интересах власти, но и соответствовал многим установившимся в обществе обычаям, традициям и правилам совместного проживания, борьбы с огнем, возникшим и оправдавшим себя еще в эпоху родовой общины и племенных союзов.
Первые каменные здания на Руси начали строить не ранее X в., со времени распространения христианства. Однако каменщики приглашались исключительно для постройки церквей. Отдельные сооружения, возводимые для знати, не меняли общего облика «деревянной державы Рюриковичей», весьма уязвимой огнем. Традиции отношения к огненной стихни, которые складывались веками, стали основой для многих законодательных актов со строго определенным значением. Отдельные статьи первых юридических установлений начали регламентировать безопасность в жилье, вводили ответственность за «жажжение» и небрежное обращение с огнем. Так, вышедший в начале XI в. «Судный закон людем» содержал статью, в которой «зажжение» трактуется уже как деяние особо опасное для лиц и имущества и наказывается смертной казнью. Об этом можно прочитать в работе И.Д. Беляева «История русского законодательства» (СПб.: «Лань» 1999).
В знаменитую «Русскую правду», ставшую первым официальным сводом законов древнерусского государства, вошла аналогичная, но более конкретизированная статья, ограждающая хоромы, дома и хозяйственные постройки, растущий хлеб и собранный урожай от злого умысла: «Оже зажжет кто гумно, то на поток и на грабеж дом его, преж пагубу расплативше, а в проц князю поточите и такоже аще, кто двор зажжет». В переводе на современный язык это означает, что совершивший поджог чьего-нибудь двора или гумна вместе со своей семьей лишался свободы, имущество его подвергалось конфискации. Виновного и его семью могли изгнать из этого поселения. Такое же наказание полагалось и за поджог скирд хлеба на участке хозяина.
«Русская правда» до XV в. оставалась общим законом для Руси. Наказания «зажигальщиков» по «Русской правде» и благие пожелания осторожного обращения с огнем в «Поучении» Владимира Мономаха мало способствовали защите от огня. Удельные княжества принимают более строгие меры. Так, Псковская вечевая республика пользовалась своим правовым документом — Псковской судной грамотой, принятой на вече в 1462 г., по которой поджог по злому умыслу считался самым тягчайшим преступлением. За это, как и во времена Владимира I, зажигальщика подвергают самой суровой мере наказания: «на вече казнили кнутьем», а затем «сжигали без всякого сожаления». Такое же наказание предписывается и в новом общегосударственном юридическом памятнике XV в. — «Судебнике» (1497 г.) Ивана III государя всея Руси: «Зажигальщику животе не дать, казнить его смертной казнью». За вольное обращение с огнем, вопреки обнародованных правил, нарушителей ждала «торговая» кара — битье кнутом. Вывод:
Как показало освещение состояния дел по поддержанию мер противопожарной безопасности а эпоху Киевской и удельной Руси (IX - XV вв.) ни государственная власть, ни древнерусское общество в лице городских собраний вече и сельских сходов не предпринимали последовательных мер по созданию системы противопожарной безопасности. Основные мероприятия носили рекомендательный характер или предполагали жестокие карательные меры по отношению к виновникам возникновения пожаров.
Зачаточное состояние противопожарной службы объяснялось, прежде всего, неразвитостью древнерусского общества, находившегося в стадии длительного перехода от родоплеменных отношений к феодальным. При этом происходили периодические ослабления государственной власти, что объективно было обусловлено увеличением размеров страны и необходимостью поддержания военно-политического единства. Основные мероприятия по созданию противопожарной службы стали проводиться только в связи с формированием Русского централизованного государства, которое происходило достаточно долгий период - в течение XIV - XVII вв.
2. Учреждение государственной противопожарной охраны в Московской Руси.
Организация пожарной службы на Руси связана с именем великого князя Московского и всея Руси Ивана III (1462-1505 гг.). Но он в своей деятельности по созданию нового государства опирался на опыт своих предшественников, в частности своего отца Великого князя Московского Насилия II В 1434 г. великий князь Василий II в своих указах впервые предусматривает меры, ограничивающие использование открытого огня в быту и при занятиях различными ремеслами. Москва в то время представляла собой большой город. В ней насчитывалось свыше 40 тыс. деревянных строений. Даже небольшое загорание могло привести к серьезным последствиям. А причин для возникновения пожаров имелось достаточно: это наличие печей без дымоходов, использование для освещения свечей, лампад, применение открытого огня ремесленниками вблизи жилья. С 1453 по 1493 г. Москва полностью выгорала десять раз. Всего в течение XV в. Москва горела 18 раз.
В 1472 г. древнерусская летопись доносит первые упоминания о нормативных актах в области борьбы с огнем. Великий князь Иван III распорядился построить для себя каменные палаты и указал, что впредь в стольном граде надлежит по возможности использовать для построек камень и кирпич, а здания ставить на достаточном расстоянии друг от друга, дабы огонь не мог легко перекинуться с одного дома на другой. А пока строились мануфактуры по производству кирпича «ожиганного» (обожженного), великий князь повелевает установить в Москве ночную, так называемую «рогаточную охрану от огня и всякого воровства». С ной целью на концах главных улиц устанавливались рогатки, которые на мочь запирались. Возле них в будках несли службу сторожа, «наряжаемые без различия чина по одному человеку с десяти домов и из торговых рядов но одному человеку с десяти лавок».
В 1493 г. вышел указ Ивана III снести все дома, лавки и постройки вокруг Кремля, находившиеся на расстоянии ближе 110 сажен (примерно 235 м) от стен, еще не завершенных реконструкцией начатой в 1485 г. Образовавшийся пустырь заполняют пруды, водяные рвы и гидротехнические сооружения. К концу XV в. Кремль обрамляют стены из огнестойкого материала, в Москве расширяют улицы. Высочайшим Указом введены были ограничения по использованию огня в быту и на производстве.
В 1504 г. после очередного опустошительного пожара издаются противопожарные правила, которыми запрещается топка бань и изб летом без крайней необходимости. Запрещалось также с наступлением сумерек зажигать в доме свечи. Кузнецам и другим ремесленникам, которые использовали в своем деле огонь, разрешалось устраивать плавильни и горны вдали от строений и жилищ. Если сборник древнерусских законов содержал законодательные меры только против поджигателей, то меры Ивана III в отношении ремесленников были первым нормативным актом противопожарной безопасности на Руси. Из него следует, что главной причиной большинства пожаров была полная беспечность населения при ис¬пользовании огня.
Указы подобного рода принимались многими городами Европы. Учи-тывая степень общественно-экономического развития государств того времени, имеется достаточно оснований считать эти документы как нормы права, хотя они и носили декларативный характер, их практическая ценность была невелика. Пожары полыхали по-прежнему. Необходимо было не только предупреждать возникновение пожаров, но и создавать такие условия, при которых было бы возможно с ними бороться. К этому времени в ряде государств уже был накоплен опыт борьбы с пожарами. Во Франции, например, имелась как королевская стража, в обязанность которой входило тушение пожаров, так и стража, составленная из ремесленников. Срок повинности граждан в ней составлял 2 месяца. В Англии борьба с пожарами до XIII в. целиком возлагалась на жителей, которые в соответствии с законом держали в домах инструменты для борьбы с огнем. Несмотря на некоторые отличия, общим было одно - борьба с пожарами на этом этапе развития цивилизации за рубежом возлагалась, в основном, на ремесленников, горожан и цеховые организации, которые не обладали способностью к совместным организованным действиям.
В начале XVI в., в 1504 г, по указу Ивана III в Москве создастся пожарно-сторожевая охрана. Но предпосылки ее формирования прослеживаются несколько ранее. Иностранный дипломат Амвросий Контарини, находившийся с посольством в Москве в 1476 г., писал, что «...все городские улицы запираются на рогатки, и ходить ночью дозволено по крайней необходимости...». По концам городских улиц устанавливались особые заставы - «решетки-рогатки», которые на ночь запирали. Hа заставах было установлено круглосуточное дежурство. Службу здесь возглавляли решеточные приказчики. В помощь к ним от каждых 10 дворов выделялся один горожанин. Таким образом, все городское население привлекалось к несению караульной службы, а в среднем 3 рала в месяц каждый взрослый житель Москвы был обязан нести ночное дежурство.
Город был разделен на участки, а на концах главных улиц устроены не рогатки, как это было в 1476 г., а решетчатые ворота (заставы), которые также на ночь запирали. У порог круглосуточно несли службу сторожа от горожан или обывателей (как они тогда назывались) все из того же расчета — по одному с каждых десяти дворов, что в итоге составляло 1100 чел. Все они обязаны были выступать в обход и нести караул на заставах «с оружием и инструментом». Обыватели сами выбирали себе начальника — «решеточного приказчика», который возглавлял группу сторожей и наблюдал за тем. «чтобы бою, грабежу корчмы и табаку, никакого воровства (в эпоху Московской Руси всякое преступление называлось воровством) не было, чтобы норм нигде не зажигали, не набросали бы огню, не накинули ни со двора, ни с улицы». Впоследствии решеточные приказчики были включены в штат Земского приказа, ведавшего полицейскими делами. Несение службы обывателями контролировали специальные должностные лица — «объезжие головы», назначаемые из лиц знатного происхождения. Этот термин происходит от слов Указа, в котором говорилось: «быть в объезде» Объезжие головы размещались на съезжих дворах, которые впоследствии стали центрами полицейской и пожарной службы в определенных частях города. В обязанности объезжих голов входили объезды города вместе с конной стражей, надзор за выполнением жителями указов о предосторожности от огня, вылавливание поджигателей, руководство тушением пожаров.
В помощь объезжим головам назначали из жителей десятских, сотских и тысяцких, в обязанность которых входило сгонять народ для тушении пожаров, это же должны были делать и решеточные приказчики. На случай пожара решеточные приказчики людей, окруженных со всех сторон с помощью веревки, волокли к месту пожара. Тех горожан, кто отказывался тушить огонь, били батогами. Причем наказания касались не только простых ремесленников, но и служилых людей. Отказы чаще всего были связаны с суеверием. Несмотря на жестокие наказания, большое число горожан все же отказывалось тушить огонь, считая пожар карой, посланной Богом, противиться которой грех.
Главной задачей решеточных приказчиков являлось наблюдение за тем, «... чтобы бою (драка), грабежу, корчмы (пьянство) и табаку (курение было на Руси запрещено вплоть до правления Петра I), никакого воровства (преступления) не было, чтобы воры (преступники) нигде не зажигали, не набросали огню, не накинули ни со двора, ни с улиц». Службу решеточных приказчиков контролировали должностные лица из дворян, так называемые «объезжие головы» (аналог современных инспекторов государственного противопожарного надзора). Они вместе с конной стражей объезжали город, следили за выполнением жителями царских указов об использовании огня, вылавливали поджигателей, руководители тушением пожаров. Назначенные в помощь объезжим головам из жителей «десятские, сотские и тысяцкие» проводили мобилизацию населения в случае пожара и руководили им в борьбе огнем.
3. Развитие пожарного дела на Руси в XVI веке.
С развитием промышленности, ремесел, ростом населения (численность населения в Москве в XVI в. составляла 100 тыс. чел.) пожары становились тормозом экономического прогресса. Это вынуждало власти искать эффективные меры борьбы с огнем. Люди поначалу неумело и бессистемно брались за организацию пожарной охраны. Созданная пожарно-сторожевая охрана не могла оказать серьезного противостояния огню. Такое положение дел предопределило использование для борьбы с огнем наряду с пожарно-сторожевой охраной формирований с более четкой структурой.
Преобразование пожарной охраны на Руси продолжается в середине XVI в. Действующие до этого времени указы и распоряжения носили в основном запретительный характер. В 1547 г. эти меры дополнил указ Ивана Грозного, обязывающий жителей Москвы иметь на крышах домов и во дворах чаны с водой и помела для разбрызгивания воды на крышах. Для приготовления пищи предписывалось строить печи и очаги на огородах и пустырях вдали от жилых помещений. Это был, безусловно, прогрессивный указ, так как население могло оперативно ликвидировать небольшие загорания своими силами. За те 10 - 15 минут, которые были необходимы жителям для доставки к дому воды из ближайшего колодца, начав¬шийся пожар остановить было уже невозможно. Теперь же к тушению можно было приступать сразу, не допуская развития пожара.
Вопросы борьбы с пожарами поступают в ведение приказов. Эти органы появились в результате реформ Избранной Рады в 1550-х гг. Разрядный приказ разделил Москву на 17 участков и на каждый из них назначил «объезжих голов». Это была особая должность для наблюдения за противопожарным состоянием Москвы: «для сбережения от огня и всякого воровства». Разрядный приказ имел в своем ведении вопросы мобилизации дворянского ополчения на случай войны, и параллельно выполнял функции мобилизации населения на тушение крупных пожаров.
С учреждением в 1550 г. стрелецкого приказа на пожары в Москве стали посылаться стрельцы. Это, конечно, был значительный шаг вперед, имевший ряд положительных моментов.
Во-первых, это была военная организация, которую отличала определенная дисциплина, подчинение командиру, привычка к совместным действиям.
Во-вторых, основу вооружения стрельцов составляли бердыши, топо¬ры, т.e. те инструменты, которые могли использоваться при разборке горящих строений.
В-третьих, они дислоцировались в постоянных местах (в Москве было нисколько стрелецких слобод). Им не надо было тратить время на сборы по тревоге, они сразу выезжали к месту пожара. И начальный период их численность составляла 3000 чел., что позволяло высылать на пожары достаточное количество стрельцов. Россия стала первой страной в мире, использующей для борьбы с огнем воинские подразделения. Этим опытом позднее воспользовались в Японии, Франции.
В 1571 г., после того как войска Крымского хана Девлет-Гирея сожгли Москву, и в огне погибло более 120 тыс. чел., было издано полицейское распоряжение, запрещающее допуск к месту пожара посторонним лиц, не принимающих участия в его тушении. Это был первый правительственный закон, определяющий элементарный порядок при тушении пожаров.
Сохранилось свидетельство Адама Олеария о борьбе с пожаром: «При подобных несчастьях снаряжаются стрельцы и особая стража, которые должны действовать против огня, но огонь там никогда не тушат водой, а прекращают распространение его тем, что ломают близстоящие строения для того, чтобы огонь, потерян силу, потух сам собою. Для этой же цели каждый солдат и ночной сторож должны носить при себе топор». Впрочем, допускались и исключения из правил, о чем сохранилось свидетельство секретаря римского посольства Лизека: «Чтоб не дать огню распространиться - дома ломают вокруг, а если кто заплатит, чтоб сохранить дом, то стрельцы ставят щиты из бычьей кожи, беспрерывно поливал их водою, и тем заграждают дом от огня».
В 1532 г. правила пожарной безопасности, действующие на территории Москвы, были распространены и за ее пределы. Для контроля за соблюдением правил, царь Борис Годунов в 1603 г. разделил столицу на 11 округов, назначении в каждом из них ответственным за «береженье от огня» члена Боярской Думы. Сам факт, что среди них были такие известные в России люди, как Н.Р. Трубецкой, И.Ф. Басманов, В.В. Голицын к другие, говорит о том, что царь уделял серьезное внимание предупреждению пожаров. Более того, он в приказном порядке обязал вновь назначенных лиц использовать любые меры для того, чтобы предотвратить крупные пожары на Москве.
1. Оснащение пожарно-сторожевой службы в эпоху Московской Руси
Основная техника для борьбы с огнем в эпоху Московской Руси была весьма примитивной. Это ведра, топоры, ломы, бердыши, рогатины, багры, заступы, крючья, лестницы. Важнейшей заботой каждого города было водоснабжение. Поэтому не случайно, что подавляющее большинство городов воздвигалось на берегах рек. Большое количество воды, необходимое для целей пожаротушения, заставляло людей искать способы ее доставки от источника в городские квартаны.
На Руси самотечные (действовали под давлением течения реки) водопроводы появляются в XI - XII вв. (Новгород), в странах Западной Европы - в XII - ХIII вв. Большое распространение получают и гидротехнические сооружения, с помощью которых вода подавалась в города. Вплоть до XIV в. столицы европейских государств внешне напомина¬ли большие перенаселенные деревни. Крыши домов обычно покрывались соломой или щепой. Современники отмечали, что плотность построек, особенно в сельской местности, была такой, что в некоторых поселениях можно было по крышам пройти с одного края до другого. Все это привело власти к мысли ввести закон о возведении зданий из камня.
На Московской Руси первые каменные здания начали строить после по-жара в Москве в 1382 г. Хотя первой крупной каменной постройкой следует считать Московский Кремль, построенный из известняка или бута - мягко пористого камня белого цвета в 1367 г. после пожара 1366 г. (отсюда одно из названий Москвы - Белокаменная), но это было сооружение оборонного на-значения. Начиная с 1382 г., восстанавливался не только Московский Кремль, но и стали возводиться культовые и гражданские сооружения.
Ранее X в. (в Киеве это собор св. Софии) о таких постройках сведений нет. Со времени распространения христианства каменщики приглашались исключительно для постройки храмов. Отдельные сооружения, возводи¬мые для знати, не меняли общей картины. Царские указы о суровом наказании виновников пожаров чередовались с требованиями применять при строительстве камень. К концу XV в. в Москве улицы расширяют, город¬ские стены возводят из огнестойкого материала.
И все же пожарное дело в эпоху средневековья развивалось медленно. И период повсеместного использования в качестве строительного материала древесины возникавшие пожары имели катастрофические последствия. () пожаре 1356 г., во время которого сгорел Кремль и Замоскворечье, летописец оставил следующее свидетельство: «...в один - два часа весь город и сгорел без остатка. Была тогда сильная засуха и буря была к тому же силь¬ная, перекидывала за 10 дворов головни и бревна с огнем, и нельзя было тушить... ». В документах того времени упоминаются и другие пожары, силу которых через века донесли нам сведения о пожаре 1485 г.: «Погорел город Москва, Кремль весь... железо плавилось, как олово, расплавленная медь текла, как вода».
Главным способом борьбы с огнем был снос ближайших к пожару строений. Для спасения не загоревшихся построек их закрывали войлоч¬ными или брезентовыми щитами, которые поливали водой. К этому вре¬мени, т.е. к середине XVI в. относится первое упоминание о ручных насосах, которые стали применяться при тушении пожаров. Они назывались тогда водолейными или заливными трубами.
Средневековые документы содержали правила, касающиеся использования открытого огня, покрытия крыш, обеспечения водой, а также строгие меры наказания за неосторожное пользование огнем. Часто, пренебре-гая правилами, владельцы домов возводили новые на месте сгоревших построек. При этом плотность строений оставалась на прежнем уров¬не, сохранялась та же опасность возникновения пожаров.
Распространению огня при пожарах в городах способствовало и то, что по укрепившейся европейской традиции тротуары на улицах делались деревянными, а в дни праздников украшались ветками и травой. Деревянные настилы укладывали также и в Москве. Немецкий путешественник, ученый и дипломат Адам Олеарий, четырежды посетивший Москву в 30-40 гг. XVII в. писал, что «жилые городские дома (за исключением бояр, богатых купцов, духовенства) построены из дерева. Крыши делают из теса, отчего бывают частые пожары, так, что не проходит не только месяца, но даже и недели, чтобы не сгорало несколько домов, а иногда при сильном ветре, целых улиц». Об этом же свидетельствует Антиохийский Патриарх Макарий, посетивший Москву примерно в то же время: «...дома во всей стране московиты строят из, еловых бревен... Пожары у них беспрестанно...».
Заключение
Мероприятия государственной власти в течение XVI в. позволили создать основы государственной противопожарной службы, которая смогла предотвратить множество пожаров, создала системы взаимодействия городского населения с представителями власти и обеспечила достаточно высокий уровень (относительно предыдущего исторического периода) организации тушения огня. Вместе с тем. стрелецкие формирования в сочетании с решеточными приказчиками и объездными головами не могли гарантировать безопасность Москвы и других городов России, поскольку вся пожарно-сторожевая служба не носила регулярного характера и не была обеспечена профессиональными огнеборцами. Государственные возможности по мобилизации населения на борьбу с пожарами был весьма ограниченными. Власть нуждалась в более жестком контроле за поведением населения, в результате чего к концу XVI в. в России устанавливается крепостное право.
